С ЧАСТИЦЕЙ ЧЕРТА В КРОВИ
Юбилейный сезон Ростовский музыкальный театр открыл премьерой «Хованщины» М. Мусоргского, а в начале весны, в канун фестиваля «20 лет на Большой Садовой», выпустил новую постановку «Сильвы» И. Кальмана
С ЧАСТИЦЕЙ ЧЕРТА В КРОВИ

«Без “Сильвы” жить нельзя на свете, нет!» – могли бы спеть хором едва ли не все существующие музыкальные театры. Одну из самых популярных оперетт частенько поругивают за сюжетные натяжки и жанровые штампы, но «все равно влюбляться будут вновь и вновь» в ее пьянящую музыку. Решив вернуться к этому названию (отсутствовавшему в афише семь лет), театр задействовал тяжелую артиллерию в лице маститого сценографа Вячеслава Окунева, но вместе с тем рискнул доверить постановку молодому режиссеру Анастасии Неговоре, дебютировавшей на большой сцене.

Вообще-то, «Сильва» – не самый благодарный материал для режиссера (даже и опытного). Здесь нет особого простора для самовыражения, оригинальных концепций и прочего подобного: музыка и пьеса изо всех сил сопротивляются сколько-нибудь серьезному переосмыслению. От режиссера требуется выстроить сценическое действие в соответствии с духом и характером музыки, чтобы разговорные диалоги воспринимались как ее непосредственное продолжение, музыкальные номера не казались вставными, а работали на сквозную линию, актеры выступали единым ансамблем. Важно также соблюсти меру, не впадая в мелодраматические преувеличения, чреватые фальшью, но и не слишком злоупотребляя иронией над сюжетом и персонажами. Анастасии Неговоре все это удалось. Она сумела добиться верного тона от актеров, в том числе совсем молодых, уводя их от масок-амплуа и превращая, насколько позволяли жанр с его «предлагаемыми обстоятельствами», в живых людей из плоти и крови. Если у кого и пробиваются родимые пятна привычных опереточных комиков или простаков, то разве только совсем чуть-чуть.

Режиссеру повезло с командой. Многие могли бы только мечтать о том, чтобы сделать свой первый полноформатный спектакль с таким художником, как Вячеслав Окунев, обладающим еще и редкой способностью на равных работать с молодыми коллегами.

Окунев придумал единую для всех трех актов эффектную установку с доминантой в виде огромной изогнутой лестницы, легко перемещающейся в пространстве. Задники сразу дают понять, где мы находимся в данный момент: в первом и третьем актах там струит свои воды Дунай, а над ним возвышается знаменитое здание будапештского парламента, тогда как во втором акте, венском, на смену приходят парадные интерьеры в имперском барочном стиле. Смотрится все это весьма впечатляюще, прекрасно гармонируя с музыкой, не «придавливая» артистов и оставляя простор для самых разнообразных мизансцен.

 

Идеи Окунева развила в своих костюмах Наталия Земалиндинова, возможно, кое-где перебарщивая по части роскоши, но все же оставаясь в границах вкуса. Художник по свету Ирина Вторникова, давно вставшая вровень с самыми именитыми мэтрами профессии, окутала все это неким волшебным сиянием.

Благодаря хореографу Надежде Калининой зрители вместо шаблонного дивертисмента получили сюиту изобретательно сочиненных танцев, стилистически вписанных в общее решение и базирующихся исключительно на музыке «Сильвы» (обычно здесь вставляют номера из других оперетт и даже не только Кальмана). Работа с Калининой благотворно отразилась на всех участниках спектакля, включая также хор.

В итоге можно сказать, что, возможно, бывали у нас и более оригинальные по задумке «Сильвы», но столь гармоничной по всем своим составляющим, пожалуй, и не припомнить.

Этому способствовала и работа музыкального руководителя постановки Михаила Пабузина. Не довольствуясь теми грубыми, подчас откровенно самопальными оркестровыми версиями, что по сей день бытуют на многих сценах, дирижер взял за основу оригинал венской редакции партитуры. И с венской же элегантностью – без всяких пережимов и чрезмерной «цыганщины» – ее воплотил.

Конечно, успех «Сильвы» невозможен без настоящей главной героини. В программке на эту роль заявлено аж пять составов, включая совсем молодых исполнительниц. В премьерных спектаклях выступили две уже достаточно опытные – Татьяна Климова и Екатерина Краснова. Для Климовой с ее скромными вокальными данными это был серьезный профессиональный рывок. Природу жанра она чувствует, как мало кто еще, да и с партией справилась вполне достойно. Героиня Красновой, скорее, родом из оперы, но при этом отнюдь не лишена опереточного шарма и той самой «частицы черта». А если учесть еще и совсем иное качество вокала и голосового материала, преимущество явно окажется на ее стороне.

 

Кирилл Чурсин (Эдвин), похоже, не определился до конца с типом своего голоса. До начала нынешнего сезона он выступал как баритон, но в премьере «Хованщины» предстал в партии Голицына, продемонстрировав хорошую перспективу в качестве крепкого драматического тенора. В «Сильве» же звучит то как тенор, то как баритон.

Отмечу отличные работы Петра Макарова – Ферри, Шамхала Хачатуряна – Бони, Анны Асатрян – Стасси, Ольги Калининой и Эдуарда Закаряна – княгиня и князь Воляпюк. (Второй состав в целом также выглядит достойно, но коль скоро у меня была возможность познакомиться с ним лишь по видео, то и не называю имен, за исключением титульной героини.)

…В Ростове-на-Дону празднуют двойной юбилей: 100-летие со дня основания театра оперетты и 20-летие созданного на его базе многожанрового музыкального театра. В России есть немало бывших театров оперетты, повысивших свой статус до музыкального, а то и до оперного. Да только ни один из них не достиг таких высот в оперном репертуаре, и ни в одном не встретишь такого гармоничного сосуществования жанров без разделения на «высокие» и «низкие», как здесь. Нынешний юбилейный сезон лишний раз это засвидетельствовал.

 

На фото: Т. Климова – Сильва; Балетная сцена из первого акта; А. Лейченков - Эдвин, Е. Краснова – Сильва; Финал первого акта; К. Чурсин - Эдвин, Ш. Хачатурян - Бони, А. Асатрян - Стасси, Т. Климова – Сильва; Ю. Алёхин - Мишель, О. Калинина - Княгиня Воляпюк, П. Макаров – Ферри; Финал спектакля

Фото Марины Михайловой

Поделиться:

Наверх