< №1 (117) Январь 2014 >
Логотип

ПРИЛУНЕНИЕ ОПЕРЫ

К оперному наследию Йозефа Гайдна отечественный музыкальный театр обращается крайне редко. Один из таких немногих, притом удачных примеров – декабрьская премьера оперы «Лунный мир» на сцене Камерного музыкального театра им. Б.А. Покровского.

Постановщикам в земной реальности стало тесно, и они пригласили публику на Луну, сделав это настолько современно и зрелищно, что опера предстала не только комической, но и «космической». Но ни до какой Луны персонажи, естественно, не добираются: лунный мир – мир мечтаний и надежд – живет лишь в их душах. На том и попадается главный герой-купец-мечтатель с говорящим именем Буонафеде, что по-итальянски означает «простодушие», «наивность». Богатого старика ловко обводят вокруг пальца три влюбленные пары, справляющие в финале оперы три свадьбы, которым Буонафеде поначалу противится. Две его дочери Клариче и Фламиния обручаются с Экклитико и Эрнесто. Первый – мнимый астролог, «отправляющий» Буонафеде на Луну с помощью снотворного и разыгрывающий перед ним комедию в «лунных» декорациях. Второй – знатный, но скупой на выдумку и заносчивый кавалер. Не обходится в этой комедии и без влюбленных друг в друга слуг разных господ – Чекко (слуги Эрнесто) и Лизетты, на которой ее хозяин Буонафеде и сам не прочь жениться.

Блистательное остроумие либретто Гольдони, наряду с которым Гайдн использовал тексты и других авторов, сохранено в драматургически цельном, практически без швов и несуразностей, переосмысленном русскоязычном либретто Юрия Димитрина: в нем «комедия положений» убедительно перерастает в «комедию нравов». Правда, несмотря на вполне осязаемую эквиритмичность, своеобразной платой за «перелицовку» все же становятся объективно неизбежные «слуховые шероховатости», ведь оригинальный язык либретто – неотъемлемая часть музыки. Но здесь мы сталкиваемся с извечной проблемой: что лучше – сразу же улавливать смысл комической ситуации или следить за текстом с помощью супратитров? Широкая публика выберет, понятно, первое, а меломаны и завсегдатаи оперных театров предпочтут второе.

Значимость же самой постановки этого комического раритета 70-х годов XVIII века в наше время гораздо шире, чем просто ее адресованность широкой публике. Оригинальный спектакль, придуманный режиссером Ольгой Ивановой и художником Виктором Герасименко совместно с художником по свету Сергеем Скорнецким и хореографом Алексеем Ищуком, предстает весьма конструктивной, созидательной альтернативой «режиссерской опере», давно вызывающей устойчивые ассоциации с художественным тупиком современного музыкального театра. «Режиссерская опера» – это всегда негатив, эпатаж. В лучшем случае – приблизительная «параллельность» сюжету и музыке, в худшем – полное пренебрежение ими. С устоявшимся определением альтернативы «режиссерской опере» пока как-то не заладилось, но ей вполне подошло бы такое: «режиссура здравого смысла». Эта альтернатива – всегда позитив и непреложное обращение к сути сюжета и музыки.

Очень важно, что для Камерного музыкального театра заветы его основателя – вовсе не догма. Опираясь на этот базис, театр смело идет дальше по пути «режиссуры здравого смысла». Именно поэтому здесь и смог родиться такой сценографически необычный спектакль. Он поставлен в эстетике лазерного шоу, однако постановщики ни на миг не забывают, что вся нелепица сюжета в жанре «научной фантастики XVIII века» должна воплощаться, прежде всего, средствами старого и доброго оперного жанра. Новаторский позитив постановки устремлен в будущее, ибо спектакль одинаково близок как среднестатистическому зрителю, так и театралу-меломану. В нем органично сочетаются венецианский карнавал, комедия dell’arte, философские символы вечной красоты и захватывающая воображение светотехническая феерия.

Потрясающе живые, наполненные актерско-пластической выразительностью типажи и необычайно притягательные «лунные» костюмы, стиль которых мало отличим в каждом из двух актов (земном и «лунном»), фантастически добрую и романтически прекрасную абстракцию лунного мира возводят в ранг абсолюта. В интерпретации музыки, уже не чисто барочной, но еще и не в той мере классически зрелой, как лучшие образцы «веселых драм» Моцарта, оркестр под управлением музыкального руководителя постановки Владимира Агронского просто превосходит себя: его звучание поразительно свежо, выверено «с точностью до миллиметра». Интересен, хотя в музыкальном аспекте и недостаточно целостен, дуэт ловких слуг – Леонид Казачков (Чекко) и Вета Пилипенко (Лизетта). Среди мужских персонажей попадания в стилистику музыкальных образов наиболее точны у Романа Шевчука (Буонафеде), Алексея Сулимова (Экклитико) и особенно у необычайно харизматичного певца-актера Александра Полковникова (Эрнесто). В ряду женских голосов пальму первенства держат Татьяна Федотова (Клариче) и Екатерина Ферзба (Фламиния).

Премьера «Лунного мира» прошла с триумфом – спектакль стал событием в музыкально-театральной жизни Москвы. Думается, его видеозапись можно смело отправлять в качестве очередного послания внеземным мирам…

Корябин Игорь
21.01.2014


Оставить отзыв:

Комментарий::


Комментарии: