< №4 (120) Апрель 2014 >
Логотип

В ЧУЖУЮ СТРАНУ БЕЛЬКАНТО

В цикле оперных проектов Московской филармонии 29 марта состоялось первое исполнение в России «Чужестранки» Винченцо Беллини

«Чужестранку» хронологически обрамляют «Бьянка и Фернандо» и «Заира»: вся эта тройка неизвестных в России раритетов Беллини располагается между его «Пиратом» (1827) и «Капулетти и Монтекки» (1830) – операми, которые нам все же доводилось когда-либо слышать. В 1989 году к «Пирату» впервые в нашей стране обратился Евгений Колобов. В том же году, но несколько позже, «Капулетти и Монтекки» прозвучали в Москве во время гастролей театра «Ла Скала». Еще позже, в 2008 году, эта опера была представлена в Концертном зале им. П.И. Чайковского. Исполнение «Чужестранки» состоялось на той же самой сцене и вызвало небывалый ажиотаж.

Работа над партитурой на либретто Феличе Романи по одноименному (к тому времени еще не переведенному на итальянский язык) роману Шарля-Виктора Прево, виконта д’Арленкура, заняла у Беллини пять месяцев. Премьера «Чужестранки» состоялась в «Ла Скала» 14 февраля 1829 года. В 1830 году в партию Артура, за которую взялся знаменитый тенор Джованни Баттиста Рубини, композитор внес изменения с учетом возможностей феноменальной тесситуры певца. В XIX веке эта опера примерно по вторую половину 60-х не сходила с афиш многих итальянских театров, в 30-годы была поставлена в Вене, Париже, Лондоне, Нью-Йорке и Лиссабоне, а в 1850-м – в Мадриде.

Интерес к этому названию в XX веке возродила постановка 1954 года на родине Беллини в Катании. Следующий этап открытия оперы – спектакли в Палермо (1968) и Венеции (1970) – связан с именем Ренаты Скотто в партии Алаиды. Другая значимая персоналия, повлиявшая на традиции исполнения этой виртуознейшей партии в наши дни, – Монтсеррат Кабалье (речь о концертном исполнении 1969 года в нью-йоркском Карнеги-холле). Затишье наступило до конца 80-х – начала 90-х годов, когда «Чужестранка» зазвучала вновь – в Монпелье, Чарльстоне (США) и Триесте. После концертного исполнения оперы в 2007 году в Лондоне с известнейшей итальянской колоратурой нашего времени Патрицией Чьофи в главной партии появилась первая полная студийная запись, сделанная сразу после этого с тем же составом. В 2012 году Эдита Груберова, выдающаяся представительница бельканто XX века, приняла участие в концертном исполнении «Чужестранки» в Баден-Бадене, а в прошлом году в расчете на нее Цюрихская опера выпустила премьеру театральной постановки. Однако остановим наши взоры на П. Чьофи, ибо именно эту харизматичную певицу мы и услышали в Москве.

Весьма любимая нашей публикой итальянка приезжает к нам не впервые: вспомним концертные исполнения опер, в которых она была вердиевской Виолеттой, беллиниевской Джульеттой и Марией в «Дочери полка» Доницетти, каждый раз покоряя публику филигранным мастерством отделки вокальных нюансов и – при сравнительно небольшом голосе – мощнейшей энергетикой, свойственной действительно большим артистам. Своей интерпретацией партии Алаиды П. Чьофи убедительно доказала, что и «Чужестранка» – ее безусловный репертуарный конек: исполнительница буквально купалась и в нежнейшей кантилене, и в драматически взрывных с точки зрения сюжета вокальных эпизодах, и в фиоритурно чистой, искрящейся подвижности быстрых пассажей.

Для высокой стихии бельканто накрученный сюжет оперы – ничто, а необходимость и достаточность выражения внутреннего мира героев только лишь средствами человеческого голоса – всё. Однако в опере бельканто важна не только мелодически-музыкальная, но и вербальная составляющая каждого образа. Локализованный во французской Бретани конца XII века подчеркнуто романтический сюжет «Чужестранки» – почти мексиканский сериал, только спрессованный в две по количеству действий серии. Под именем чистой и невинно страдающей Алаиды, называющей себя чужестранкой, в этом мини-сериале скрывается Агнесса, незаконная (при законной живой королеве) жена короля Филиппа II.

За Алаидой, прозванной в изгнании колдуньей, под именем барона Вальдебурга «присматривает» ее брат Леопольд. К нему ее ревнует влюбленный в Алаиду молодой граф Артур. В поединке между ними Вальдебург падает в озеро, а узнавший от Алаиды правду Артур своего мнимого соперника тут же бросается спасать. Оставшийся в руках Алаиды окровавленный плащ Вальдебурга отправляет ее под суд, но появление в зале суда сначала Артура, а затем «воскресшего» Вальдебурга, а также установление личности чужестранки снимают с нее все обвинения. Артур же должен обручиться со своей невестой Изолеттой, но в финальной сцене, когда это уже должно произойти, приходит весть, что жена короля умерла. Отныне Алаида-Агнесса – законная королева, и ей надлежит вернуться в Париж. При мысли об этом, к ужасу присутствующих, Артур в отчаянии пронзает себя кинжалом.

Психологическую драму своей героини П. Чьофи раскрывает настолько правдиво и тонко, что каскад ее вокальных эпизодов доставляет слуху одно сплошное удовольствие. Южнокорейский тенор Джи-Мин Парк (граф Артур) в отношении стиля и тесситурных возможностей приблизиться к главной героине не может, тем не менее вызывает уважение. В партии барона Вальдебурга практически безупречен, вокально раскрепощен и изысканно благороден один из ведущих российских баритонов Игорь Головатенко. Меццо-сопрано из Испании Сильвия Тро Сантафе выявляет выразительно сочную трактовку партии Изолетты, а оркестр «Новая Россия» и «Мастера хорового пения» под руководством британского маэстро Джулиана Рейнольдса в чужую для нас страну бельканто увлекают методично, ярко и самозабвенно.

Фото М. Шеметова

Корябин Игорь
22.04.2014


Оставить отзыв:

Комментарий::


Комментарии: