< №11 (137) Ноябрь 2015 >
Логотип
ВЕСТИ ИЗ ЕКАТЕРИНБУРГА

ОТ СЕРДЦА ЕВРОПЫ К СЕРДЦУ УРАЛА

В Екатеринбурге завершился III Международный музыкальный фестиваль «Евразия»

Отмечающая в этом году свое 80-летие Свердловская филармония в начале очередного сезона дала сразу два крупных залпа. С 11 по 13 сентября на площадках города прошел трехдневный фестиваль La Folle Journee («Безумные дни»), а с 6 по 16 октября стены филармонического зала стали свидетелями уже традиционного фестиваля «Евразия». И если «Безумные дни» поразили, прежде всего, своей невероятной динамикой (семидесяти концертов, в том числе с участием именитых артистов, иной филармонии хватило бы на три года), то «Евразия» порадовала продуманностью концепции и красивой структурой.

Художественный руководитель фестиваля Дмитрий Лисс и программный директор Гюляра Садых-заде постарались выстроить события так, чтобы это было интересно как можно большему числу слушателей. Поклонники фортепианного искусства с удовольствием посетили клавирабенды снова вернувшегося к исполнительской практике Антона Батагова и лауреата прошедшего в этом году Конкурса Чайковского Люки Дебарга, впервые посетившего Екатеринбург. В Большом зале филармонии прозвучали две мировые и одна российская премьера, а в дополнение к ним в Камерном зале состоялось первое исполнение монооперы «Река Давида» уральского композитора Ольги Викторовой. Любители так называемой worldmusic не могли пропустить выступления суфиев во главе с шейхом Салемом аль-Газули и неповторимой Кристины Плюар с ее ансамблем L’Arpeggiata. Последние два коллектива составили внутри «Евразии» специальный проект «От Леванта до Магриба».

В этом году тема фестиваля была обозначена как Mediterranea («Средиземноморье»). Земли, расположенные вокруг самого большого атлантического моря, «сердца Европы», по праву считаются колыбелью современной цивилизации, в этих краях всегда сосуществовали разные культуры, направления и стили. Средиземноморский ареал определил выбор участников фестиваля и тематику представленных сочинений.

По сложившейся традиции специально к «Евразии» было заказано два сочинения композиторам, один из которых проживает на Западе, а другой является носителем восточной традиции. В этот раз персонами грата стали живущий «между Москвой и Нью-Йорком» Антон Батагов (его опус был представлен на открытии фестиваля) и учившийся музыкальному ремеслу в Германии японец Тосио Хосокава (созданная им вещь прозвучала на закрытии). Оба произведения сыграл Уральский академический филармонический оркестр под управлением главного дирижера Дмитрия Лисса.

Фестиваль открылся 6 октября исполнением масштабной вокально-симфонической поэмы Сезара Франка «Психея», по сути представляющей собою гибрид большой симфонии и оратории. Произведение, привлекающее дирижеров-эстетов (в последний раз в России фрагмент из «Психеи» в Москве весной этого года исполнял Андрей Борейко), требует внимания ко всем нюансам, тщательной выделки голосов прозрачной фактуры и особой чистоты интонирования. Все это сполна продемонстрировали филармонический оркестр и хор. История любви древнегреческого бога Эроса и земной женщины Психеи, сначала наказанной за свое любопытство, а затем прощенной возлюбленным небожителем, переливалась волшебными красками в мягком и одновременно насыщенном звучании оркестра, находящегося в прекрасной форме. Перед хором стояла непростая языковая задача, и в целом коллектив справился с французской просодией.

Следующим исполнялось «заказное» сочинение Антона Батагова I see your dream, you see my dream («Я вижу твой сон, ты видишь мой сон») для фортепиано с оркестром. Медитативная природа музыки Батагова (во время исполнения он сидел за роялем лицом к дирижеру и спиной к оркестру) удачно соответствует стилю минимализма, где сама драматургия состоит в многократном повторении одних и тех же мотивов и попевок. На протяжении 25 минут был пройден путь от одного-единственного звука «ля», мерцающего в перекличке у фортепиано и арфы, до оркестровой кульминации, мелодический материал которой постепенно формировался из простейших фраз, завоевывавших пространство разных тембров и регистров.

Российская премьера симфонической пьесы «Остров, полный шумов» канадского композитора греческого происхождения Христоса Хациса завершила первый день фестиваля. В основу сюжета этой эффектной симфонической картины, напоминающей своей блестящей оркестровкой творения французских импрессионистов, легла знаменитая драма Шекспира «Буря», ставшая, по замыслу Хациса, аллегорией сотворения мира. Уральский оркестр превосходно справился со всеми музыкальными сложностями, балансируя между изысканными («невесомыми») звучностями, изображающими полет эльфов и духов, и оркестровой мощью, символизирующей волю Творца.

Заключительный концерт фестиваля во многом стал отражением первого. Также три произведения, из которых два принадлежат современным композиторам, а одно создано в XIX веке. Но если темой открытия стал «волшебный сладостный сон», то закрытие бурлило водами рек. «Стикс» Гии Канчели для хора, солирующего альта и оркестра, созданный на рубеже тысячелетий, стал мрачной аркой к поэме Франка о блаженстве Психеи и Амура. Миф о поземной реке, отделяющей царство живых от царства мертвых, предстал у Канчели как история о скоротечности времени, забирающего у человека все, что ему дорого. Юрий Башмет, в расчете на мастерство которого Канчели писал солирующую партию, и Дмитрий Лисс бережно разворачивали впечатляющую картину, сотканную из легко узнаваемых мелодий и ностальгических образов. Интересно, что и симфоническая поэма «Влтава» классика чешской музыки Бедржиха Сметаны в окружающем контексте прозвучала как вполне современная музыка, аскетично и строго, без эмоциональных перехлестов. А в премьере сочинения Fluss («Река») Тосио Хасакавы для струнного квартета и оркестра Дмитрий Лисс, напротив, подчеркнул романтическую экспрессию в достаточно жестко просчитанной конструкции. Ардитти-квартет, признанный во всем мире как эталонный коллектив именно в сфере современной музыки, превосходно гармонировал с уральским оркестром, то полностью сливаясь с общей массой, то создавая острый контрапункт.

Двумя днями раннее на той же сцене Ардитти-квартет дал сольный концерт из сочинений Бартока, Лигети, Ксенакиса и Хосокавы, продемонстрировав как высочайший уровень исполнительского мастерства, так и умение делать живой и интересной даже самую «просчитанную» на первый взгляд музыку. Специально для молодых музыкантов Ардитти-квартет провел также открытую репетицию и мастер-класс, на котором все пришедшие смогли глубже понять, чем же может быть привлекательна современная музыка и в чем заключаются особенности академического музыкального языка XXI века. В целом общению музыкантов и публики на фестивале уделялось особое внимание: после каждого концерта слушателей ждала автограф-сессия с исполнителями в фойе, где не возбранялось задавать интересующие вопросы.

Ядром фестиваля стал уже названный специальный проект «От Леванта до Магриба». Старинное название Левант («восход солнца») обозначало земли современных Сирии, Израиля и Ливана, а Магриб («там, где закат») – расположенные к западу от Египта страны. Два концерта проекта во многом стали своеобразными полюсами, обозначившими Восток и Запад, духовное и материальное.

Проведший на сцене филармонического зала свой ритуал ансамбль «Аль-Тарика аль-Газулиа» в строгом смысле не является профессиональным музыкальным коллективом. Певцы, принимающие в нем участие, – люди разных специальностей и возрастов, которых объединяет идея пения священных арабских текстов и молитв. Коллектив не ведет концертную практику, а участвует в богослужениях. В Европе публичное выступление этого ансамбля состоялось на Зальцбургском фестивале: египтянам удалось покорить самую рафинированную публику, ко всему относящуюся придирчиво. В Екатеринбурге перед концертом «Аль-Тарика аль-Газулиа» слушатели были предупреждены, что аплодисменты уместны лишь в самом конце программы. Дальше началась магия: тридцать стройных мужчин в длинных белых одеяниях полтора часа заколдовывали зал довольно громким и размеренным пением молитв, которые сопровождали экзотически звучащие для нас инструменты: канун (разновидность турецких гуслей), ней (набор тростниковых флейт), даф (персидский бубен) и уд (арабская лютня). Спустя полтора часа практически все в зале стали покачиваться в такт с суфиями, а на последней молитве, посвященной Аллаху и пророку его Мухаммеду, слушатели вместе с певцами на сцене стали хлопать в такт. Искренние овации стоя по окончании этого необыкновенного действа были свидетельством того, что контакт состоялся и сила божественного слова и древней музыки не знает границ.

Вожделенный гость самых престижных европейских фестивалей ансамбль l’Arpeggiata также впервые выступил в Екатеринбурге, исполнив старинные греческие, итальянские и португальские песни и танцы с невероятным драйвом, не уступающим современным поп-группам. Руководитель ансамбля, автор концепций и идей лютнистка Кристина Плюар, скрещивая в своих программах классику, джаз и фольклор, приготовляет удивительный микс, моментально откликающийся в сердце слушателя, независимо от его музыкальных пристрастий или интеллектуального уровня. Танцы и напевы народов Средиземноморья представили четыре певца: полетный контратенор Винченцо Капеццуто блистал в итальянских народных песнях, изысканные ренессансные мелодии были поручены академическому сопрано Селин Шен, гречанке Катерине Пападополу, соответственно, – музыкальный фольклор Балканского полуострова, а томная исполнительница фаду по имени Мисма «отвечала» за музыкальную культуру Португалии и Испании. Содержание песен в целом схоже с тем, о чем и сейчас поет эстрада: несчастная любовь, всепоглощающая страсть, долгая разлука. Но звучание этих старинных «шлягеров» у l’Arpeggiata было исполнено такой проникновенностью и искренностью, какая редко встречается у коммерческих артистов. Вроде бы незамысловатая поэзия («Я положил мое сердце к берегам вашей судьбы. Вы потеряли его по пути. О, как мне одиноко…») удивительно тонко передавала и души прекрасные порывы, и унылую меланхолию. Танцовщица Анна Дего в отдельных номерах жестами подчеркивала экспрессию слов, резвясь в «Танце святого Витта».

Отдельного упоминания достоин каждый из инструменталистов. Игравшая на лютне Кристина Плюар в основном поддерживала ритм, исполняя партию генерал-баса и задавая темп и энергетику остальным участникам. Удивительный духовик Дорон Шервин, в своей игре превращающий старинный корнет в почти что современный саксофон, цимбалистка Кармен Гагл, гитаристы Марчелло Витале и Сандро Даниэль, клавесинист Франческо Турриси, контрабасист Борис Шмидт, ударники Давид Мэйорал и Сергей Сапрычев и исполнитель на греческой лире Сократис Синопулос превращали простенькие песни в изысканнейшие музыкальные яства, по достоинству оцененные публикой. И столь далекое от заснеженного октябрьского Урала Средиземноморье стало неожиданно близким и родным, ведь общие чувства – это то, что сближает всех людей.

На фото – ансамбль l’Arpeggiata

Ковалевский Георгий
25.11.2015


Оставить отзыв:

Комментарий::


Комментарии: